вторник, 11 сентября 2012 г.

Сдувшейся шарик.

А ещё у Витали была она. Любовь. Он познакомился с ней в шестнадцать лет, и с тех пор они были неразлучны, словно какой-то мастер сшил их души невидимыми, потайными, прочными стежками. Когда нити начинали рваться - они чествовали медленно подступавшую боль, а когда расстояние между ними превратилось в сотни тысяч километров - им снились одинаковые сны. Потому что наша душа всегда рядом с тем, кого мы искренне любим. Ей не страшен ни один метр, пытающий разлучить два сердца.
 Только этот роковой год почему-то не верил мыслям Витали по одной простой причине, она пропала. Её голос ,смех ,улыбка растворились между боевыми построениями и показательными боями на танках ,перемешав всё это в глине и крови- единственных армейских воспоминаниях парня. А ещё была её фотография, безответные звонки и слёзы в подушку после отбоя. Но такое нельзя вспоминать и он забыл бы, забыл всё это, ради Любы.
  По пути к её дому Виталя охапкой нарвал августовских одуванчиков, ромашек, васильков, колокольчиков только бы заполнить пустоту, принести ей больше красок, быть с ней, быстрее к ней! Её дом глядел привычными прищуренными окнами, словно ухмылялся незвано прибывшему путешественнику.
 -Тук..тук, тук-тук – туктукТУКТУКТУК! - Удары о деревянную дверь совпадали с ударами его внезапно ожившего сердца.
-          Кто там? - Сонно пролепетал знакомый голос.
-          -Люба, это я, открывай! - Закричал Виталя - Ну же! - Ему натерпелось обнять любимую, снова почувствовать, как пахнут фиалками густые русые волосы и расцеловать  наивные ямочки на щеках.
-           -Виталя, это ты? - Люба медленно открыла дверь и упилась недоверчивыми глазами в человека, которого называла самым родным и любимым несколько лет подряд.
-           -Конечно, я, милая моя Любочка, не узнала? Я сам себя не узнаю! - Виталя сделал шаг навстречу, но внезапно остановился - Почему молчишь, разве ты не рада?
Неожиданно его милая Любочка захлопнула дверь и по - бабски спешившись, повернула все замки, чтобы никогда больше не видеть этого человека из своего прошлого.
-           -Уходи немедленно или пожалеешь - Зашипела она - Я тебя никогда не любила, забудь меня, забудь этот дом, всё забудь!
-          -Что ты такое говоришь, это не смешно, открывай! Я хочу тебя видеть! Что ты делаешь?
-           -Я изменила тебе, понял!? А ха-ха, изменила, потому что ты ничтожество! Убирайся!
Последнее что он услышал - это быстрые шаги по лестнице, стремительно уносящие его милую девочку как можно дальше от него. Вот каков из себя человек без прошлого!
Невидимые стежки нитей оказались перерубленными верёвками ложных надежд. Виталя не чествовал ни обиды и не ощущал злости на этот несправедливый во всех отношениях к нему мир. Его душа превратилась в воздушный шар, который с каждой секундой становился всё меньше. Две дырки постепенно высасывали из него воздух, и он не помнил, как вернулся домой.

Человек без прошлого.

Внезапно розмарин воспоминаний обнял Виталино сердце и, ласково улыбнувшись, повёл мальчика в его на год опустевшую комнату. Тридцать две ступеньки по винтовой лестнице, уличная пыль и детская одежда на полу, опрокинутые корзины со старыми игрушками и вот перед ним его собственный мир грёз и мечтаний, одиночества среди толпы людей и секундное счастье маленьких детских побед. Осталось только открыть его снова, на этот раз совсем другим человеком…
 -Виталь, постой! Куда ты так торопишься? Может лучше пока сходим куда-нибудь? - За спиной раздался знакомый голос брата. Оказывается, Паша всё это время стоял позади него. Единственный человек, кто непрестанно поддерживал Виталю на протяжении восемнадцати лет, не побоявшись однажды даже подраться с уличной компанией, защищая своего младшего брата. Тогда Паша почувствовал, что сделал всё правильно.
-Конечно, сходим, но сначала дай мне хотя бы передохнуть с дороги. - Весело засмеялся Виталька.
-          Пора вернуться в родные края! - И он повернул ручку выцветшей, пластиковой двери, скрывавшей самое дорогое, что у него когда-либо было.
-          Дверь, словно старуха, недовольно взвыла, пророча зловеще неопровержимое событие.
Комната была абсолютно пустой. Только гуляющий по коже Витали сквозняк, и учащённый пульс предательски выдавал реальность, происходящих событий.
  Люди любят перекладывать частички своей души в предметы, которые нас окружают. В такие моменты мы думаем, что они играют для нас особую ценность, они становятся частью наших воспоминаний. За всю жизнь мы накапливаем фотографии, подарочные открытки, не можем избавиться от предметов, которые утратили своё предназначение: поломанные очки или дырявый, выцветший прошлогодний шарфик. Таким образом, мы сооружаем домик для нашей души, который согревает нас в старости и прибавляет сил, чтобы мы с высоко поднятой головой пережили  нелёгкие дни.
 У Витали больше не было чудесного домика, словно никогда не было и самого Витали. Он никогда не обнимал огромного плюшевого медведя перед сном, чтобы не чувствовать себя одиноким, в странной большой тёмной комнате; никогда не получал грамот в школе за активное участие в жизни класса; никогда не занимал призовые места по спортивному плаванию. Теперь он был человек без прошлого. А существовал ли сам Виталя? Жил ли он когда-нибудь вообще?
В глазах застыл единственный вопрос
-          -Зачем? - Паша виновато склонил голову
-          -У нас были финансовые трудности, пришлось многое продать, но денег всё равно не хватало, поэтому...
 -Вы решили продать меня... - Тихо произнес опустошенный голос Витали. Сквозняк продувал его насквозь.